Подсказка

Для эффективного поиска ответа на Ваш вопрос, выберите вопросительное слово, например "Как" и соответственно этому вопросительному слову составьте свой вопрос. Если Ваш вопрос не содержит вопросительного слова, то выберите в списке -//- и просто напишите свой вопрос.

Увеличен ли срок службы в армии до 2,8 лет?

Спрашивает Дарья   24 июня 2008
говорят, что Медведев увеличивает срок службы в армии опять до 2,8 лет. правда ли это? или это только слухи?
Ответ
Пресс-конференция по окончании российско-германских переговоров
5 июня 2008 года
Берлин
..Здесь и об этом вопросе говорится..

А.МЕРКЕЛЬ (как переведено): Уважаемые дамы и господа!

Я приветствую вас здесь.

Прежде всего я приветствую российского Президента Дмитрия Медведева, которого я с большой радостью принимаю, приветствую сегодня здесь, в Берлине.

Мы были очень рады тому, что первой западной столицей, которую он посетил, стал Берлин. Мне кажется, что это является также проявлением очень дружественных стратегических отношений между Федеративной Республикой Германия и Россией.

Мы провели подробные переговоры, беседу, затем господин Президент поедет к Федеральному президенту Кёлеру. Затем он встретится с представителями деловых кругов Германии. Также он встретится с Федеральным министром иностранных дел.

Во время наших переговоров мы обсудили широкий спектр направлений двусторонних отношений – политические, экономические контакты, возможности культурного сотрудничества. При этом мы намного продвинулись вперёд. В плане экономических отношений мы прекрасно видим, что есть возможность интенсифицировать их. Мы договорились о том, что именно в области энергоэффективности и энергетических технологий мы создадим общую подгруппу, будет поддерживаться постоянный диалог между министерствами, и во время наших межгосударственных консультаций осенью, которые в этом году пройдут в Санкт-Петербурге, мы уже сможем представить первые результаты.

Можно сказать, что двусторонние отношения развивались хорошо, и с нашей стороны есть воля и дальше продвигать их вперёд. Мы договорились проводить обмен мнениями на открытой основе и разговаривать друг с другом о ситуации в наших странах, о ситуации в России, о контактах с гражданским обществом.

Что касается германской стороны, что я могу сказать, что «Петербургский диалог» для нас является очень важным моментом, имеет очень важное значение. Я очень рада тому, что на сегодняшней встрече господина Президента с деловыми кругами будут присутствовать представители «Петербургского диалога». Таким образом, чтобы первый визит нового Президента был бы визитом, при котором были бы затронуты все аспекты наших двусторонних отношений.

Мы, конечно же, говорили друг с другом о разных внешнеполитических вопросах. Нам даже не хватило времени, для того чтобы отработать все пункты. Мы говорили о проекте «Северный поток», его внешнеполитическом аспекте – это очень важный момент. Российский Президент ещё раз подчеркнул тот факт, что этот трубопровод не направлен против кого-то, а является инструментом кооперации в области энергетики. И я как Федеральный канцлер – и от Федерального правительства и лично от себя – обещала ему, что мы эту тему будем продвигать вперёд, что мы хотим продвигать её вперед. Наши партнёры на юге и в Европе при построении «Южного потока» далеко продвигаются вперёд. Мне кажется, что наша тема на северном измерении тоже должна продвинуться вперёд.

Во внешней политике есть большое количество возможностей кооперации. Я выступила за то, чтобы между Европейским союзом и Россией переговоры шли быстро и чтобы у нас более часто происходили встречи, в том числе между Россией и НАТО. Мы были бы рады, если бы во время следующего саммита НАТО был сегмент встречи Россия–НАТО. Постоянные контакты очень важны для того, чтобы были сняты предрассудки, чтобы мы в качестве партнёров могли бы понимать друг друга, воспринимать друг друга как партнёры в сложном и постоянно усложняющемся мире, который должен бороться с такими угрозами, как терроризм, и другими.

Ещё раз добро пожаловать и спасибо за хорошую работу.

Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемые дамы и господа!

Только что завершились наши переговоры с Федеральным канцлером – хотел бы выразить удовлетворение и поблагодарить госпожу Ангелу Меркель за радушный прием, поприветствовать всех немецких коллег.

Действительно, Германия не случайно стала первой из западных стран, которую я посещаю в качестве главы государства, а госпожа Меркель была первой из зарубежных лидеров, с которым мы встретились буквально через несколько дней после моего избрания на должность Президента.

Вижу в этом особый знак, свидетельствующий о перспективах развития российско-германских отношений, причём перспективах развития в духе партнёрства, уважительного и взаимовыгодного взаимодействия.

Мы обсуждали самые разные темы: это были и международные темы, и, конечно, двусторонние контакты.

Серьёзное внимание было уделено возможностям расширения российско-германского взаимодействия в европейской и мировой политике. Многие оценки, которые были сделаны, у нас совпадают.

Мы признательны нашим германским партнёрам за их конструктивную позицию в отношении известного соглашения между Россией и ЕС и перспектив развития наших отношений.

Но тем не менее не могу не сказать и о том, что нас беспокоят тенденции сужения пространства взаимопонимания в евроатлантической политике, и, конечно, остаются те, проблемы, о которых мы тоже говорили: это проблемы общеевропейской безопасности включая планы размещения ПРО, а также вопросы, связанные с Договором об обычных вооружениях, расширением НАТО. Все эти темы мы обсуждали в абсолютно откровенном ключе; наверное, это самое главное, и это характеризует сегодняшний уровень взаимодействия между Россией и Германией. Такого рода отношения являются ориентиром для развития российско-европейского взаимодействия на будущее.

Мы говорили и о различных «горячих точках», которые сегодня существуют на планете, и говорили о тех путях, которые можно использовать для разрешения существующих там кризисов.

Уважаемые коллеги, очевидно, что Германия – один из ведущих торговых партнёров России, и потому ключевой темой были торгово-экономические вопросы, вопросы двустороннего делового взаимодействия.

За последние годы товарооборот вырос очень серьёзно: он преодолел планку в 50 миллиардов долларов – и, конечно, нам бы не хотелось на этом останавливаться. Я уверен, что есть все возможности для расширения торгово-экономического сотрудничества. Только что госпожа Федеральный канцлер привела пример того, как мы могли бы действовать в ряде сфер, – и ряд новых соглашений, ряд новых возможностей, я думаю, здесь появятся в ближайшее время.

Есть необходимость развития взаимных инвестиций. Накопленные инвестиции уже довольно значительны, но тем не менее я считаю, что дальнейшие шаги по инвестированию вполне возможны, особенно в высокотехнологичных сферах, тех сферах, которые на сегодняшний день являются локомотивом движения любых экономик.

Очень важный кусок нашего взаимодействия, очень важный фактор нашего сотрудничества – это соглашение о «Северном потоке». Мы действительно видим его в качестве глобального проекта европейского масштаба, и этот проект в равной степени отвечает интересам надёжного энергоснабжения, энергобезопасности всех государств на европейском континенте. И об этом мы тоже сегодня говорили, упомянув и о «Южном потоке», который сегодня как проект развивается тоже неплохо. Главное, чтобы развитие двух этих важных бизнес-проектов проходило в значительной мере синхронно.

Есть вопрос повышения уровня научно-технологической и производственной кооперации. И очевидно, что мы могли бы тоже этим заняться.

У нас есть ещё один довольно крупный проект – это сотрудничество по линии малого и среднего бизнеса, потому что жизнь не должна замыкаться только крупными компаниями, энергетическими компаниями и даже высокотехнологичным бизнесом: значительная часть жизни формируется на уровне малого и среднего бизнеса. И это тоже важный вопрос нашего взаимодействия, а стало быть, мы могли бы продвигаться и в вопросах развития здравоохранения, доступного жилья, сельского хозяйства, транспортной инфраструктуры, жилищно-коммунального хозяйства, – всего того, что волнует наших граждан.

Важная тема – это гуманитарное сотрудничество. В ближайшие годы, я уверен, эти проекты будут развиваться. Не так давно было принято решение о совместном патронате над международным музыкальным фестивалем «Шлезвиг-Гольштейн 2008», где Россия впервые участвует в качестве главной страны-партнёра. Этот вопрос в ближайшее время надеюсь обсудить с господином Федеральным президентом. Это тоже очень хорошее и важное направление сотрудничества.

Мы действительно договорились провести юбилейный, 10-й раунд межгосударственных консультаций осенью этого года в Санкт-Петербурге. Я считаю, это будет центральное событие года в российско-германском взаимодействии. Говорили о том, что мы будем работать по всем тем рабочим направлениям, которые существуют. Создадим новую подгруппу для развития сотрудничества. Все эти вопросы были в зоне нашего пристального внимания.

Уважаемые дамы и господа, хотел бы ещё раз поблагодарить госпожу Федерального канцлера за заинтересованный и очень серьёзный разговор по всем вопросам, которые мы обсуждали.

И, наверное, самое главное: сегодняшняя встреча подтвердила преемственность отношений между нашими государствами, преемственность высокого уровня этих отношений – отношений, которые являются по своему характеру стратегическими и ориентированными в будущее.

Спасибо.

ВОПРОС: Российский Президент упомянул проект «Северный поток». В этой связи у меня вопрос к обоим лидерам. В свое время планировалось запустить этот проект уже в 2010 году. Но мы знаем, что имели место некоторые задержки с разрешительными процедурами. Преодолены ли эти задержки, и что делается с обеих сторон, чтобы пустить уже первую очередь в оговоренные раньше сроки?

И ещё я хотел спросить отдельно российского Президента: Ваш предшественник Владимир Путин, как известно, германист, и он имеет особое отношение к Германии, и при нём Германия всегда играла первостепенную, привилегированную роль в российской внешней политике. При Вас – Вы не германист и занимались, когда работали в Правительстве, Китаем – не займёт ли роль Германии Китай?

А.МЕРКЕЛЬ (как переведено): С моей стороны, я хотела бы по поводу проекта «Северный поток» сказать, что ещё не все сложности преодолены. Речь идёт о процедуре получения разрешения на предпосылки, которые нужно использовать вне Германии, за пределами России. То есть здесь участвуют третьи страны. И хотя мы здесь не можем повлиять на процедуру выдачи разрешения, я считаю, что с политической точки зрения мы должны постараться сделать так, чтобы предубеждения были сняты. Это те предубеждения, которые говорят о том, что некоторые страны не могут в этом участвовать, это предубеждения, говорящие о том, что этот проект направлен против каких-то отдельных стран. Мы должны показать в стратегическом отношении, какое значение это имеет, и показать, что в Балтийском море тоже должна быть возможность поставок газа из России и всё может идти гораздо шире, из Баренцева моря в Западную Европу.

Если посмотреть, сколько трубопроводов есть в Северном море в Западную Европу, из Норвегии через Великобританию, то видно, на мой взгляд, что Балтийское море стратегически ещё недостаточно используется. Мне кажется, что нужно снять предрассудки. Мы знаем из наших западноевропейских процессов, что процедуры выдачи разрешения могут затягиваться, когда есть какие-то предубеждения политического характера. Я вижу в этом проекте позитивное стратегическое значение. Мы должны сделать всё, чтобы были сняты все предрассудки.

Д.МЕДВЕДЕВ: Жизнь – штука непростая. И даже продвижение, на мой взгляд, вполне очевидных взаимовыгодных проектов зачастую наталкивается на определенные страхи, на определённые предрассудки. Но ничего драматичного в этом нет. Если проект хороший – а я абсолютно уверен в том, что проект «Северный поток» для Европы очень нужный и хороший, – он всё равно пробьёт себе дорогу. И в этом смысле та работа, которая ведётся нами совместно и с германской стороны, и с российской стороны, я уверен, позволит рассеять все сомнения, которые существуют сегодня у некоторых европейских государств.

Что очевидного в том, что мы сегодня делаем? Очевидно то, что без дополнительных источников энергоснабжения, без дополнительных маршрутов развитие Европы не будет таким быстрым, как нам бы всем того хотелось. И чем более четко будут разъяснены эти позиции, тем быстрее будут приняты соответствующие решения.

Я думаю, что мы сможем это сделать, и эти проекты будут реализованы практически в те сроки, о которых мы говорили с самого начала. Именно потому, что они нужны Европе: и «Северный поток», и «Южный поток», – они экономически выгодны, и они способствуют энергобезопасности всего европейского континента.

Что же касается второй части вопроса, адресованной мне, я действительно не германист, но я и не китаист. И исходя из того, о чём Вы спрашиваете, я думаю, что вопрос ведь не в том, куда приехал Президент, а вопрос в том, какое внимание уделяется тому или иному направлению сотрудничества, тому или иному государству.

Здесь не должно быть никакой «нумерологии». Первый визит был в Азию, там были встречи с казахскими партнёрами, с китайскими партнёрами. Сегодня – первый визит в Западную Европу, и сам по себе этот визит означает, как строятся наши приоритеты. Для нас Германия – абсолютно стратегический партнёр, с которым у нас очень высокий уровень торгово-экономического взаимодействия и очень хороший уровень политических контактов. Я уверен, что так будет и впредь, независимо от того, кто управляет нашими государствами.

А.МЕРКЕЛЬ (как переведено): Если мы захотим поговорить друг с другом с глазу на глаз, то мы можем говорить и по-английски, хотя ни один из нас не является специалистом по Великобритании.

ВОПРОС: Постоянной темой ваших переговоров с Президентом Путиным в последние годы была энергоэффективность и надёжность поставок. Думаете ли Вы, что новое СПС [Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве], о котором сейчас идут переговоры, даст государственные гарантии со стороны России для надёжности энергопоставок? И вопрос господину Президенту. Какие конкретные требования ставит Россия перед Европейским союзом на фоне этого нового СПС, который в принципе долго был заморожен?

А.МЕРКЕЛЬ (как переведено): Лично я рада тому, что сейчас удалось получить мандат всего Европейского союза на ведение переговоров о новом СПС. В Ханты-Мансийске в конце июня пройдет встреча между Евросоюзом и Россией. Там начнутся переговоры на эту тему. Мы будем очень конструктивно сопровождать этот процесс. Я считаю, что мы выразим там тот факт, что мы можем положиться на Россию в вопросе надёжности энергопоставок, это важный момент в этом европейско-российском партнёрстве.

Я думаю также, что российская сторона будет внимательно следить за этим. Хотя я хотела бы сейчас сказать, что Европа всегда видела, что Россия – это надёжный экономический партнёр, но можно и на будущее это ещё раз сформулировать совершенно чётко. Я не хочу забегать вперёд. Насколько я сейчас видела, мы оба убеждены в том, что партнёрство между Европейским союзом и Россией для обеих сторон является чрезвычайно важным.

Д.МЕДВЕДЕВ: Я считаю абсолютно так же. Считаю, что для России европейский трек, европейское направление сотрудничества является исключительно важным. И на сегодняшний день Европа – крупнейший торговый партнёр Российской Федерации. Мы и дальше будем развивать эти контакты. Что же касается договорной базы, то, конечно, она должна быть достаточной, современной, она должна отвечать реалиям сегодняшнего дня. И то, что у нас эти правовые вопросы оказались подморожены в последнее время, наверное, не очень хорошо. Но то, что сейчас произошло движение вперёд, и, действительно, в ближайшее время, надеюсь, в Ханты-Мансийске [на саммите Россия–ЕС] мы выйдем уже на окончательные варианты соглашения по партнёрству, является хорошим знаком. Надеюсь, что мы сможем продвигать и дальше эти контакты при наличии нового полноценного соглашения.

Что же касается каких-то наших требований, то у нас набор взаимоотношений, набор наших контактов с европейскими партнёрами не сводится к каким-то требованиям. Мы говорим о взаимовыгодном равноправном сотрудничестве, которое находится в зоне самого пристального внимания руководства соответствующих европейских государств и выгодно для тех граждан, которые живут в наших странах. Это, наверное, самое главное.

Эти контакты могут наполняться абсолютно по-разному: это и вся палитра торговых отношений, культурные связи, гуманитарное взаимодействие. Поэтому чем шире будут эти контакты, тем лучше. Особенно важно, на мой взгляд, совместное инвестирование в крупные проекты, потому что ничто не сближает лучше, чем совместный бизнес. И чем больше у нас будет поводов для совместного предпринимательства, тем ближе будут наши народы и тем лучше можно выстроить современное экономическое сотрудничество.

В этом смысле, я считаю, инвестиционная составляющая требует дополнительного развития. Я имею в виду и инвестиции наших немецких партнёров на территории Российской Федерации, которые достаточно значительны уже по своему объему, и инвестиции российского бизнеса в экономику ФРГ и в экономику стран Евросоюза в целом. Это очень важное направление сотрудничества, и мы должны об этом думать постоянно.

Я считаю, что на сегодняшний день, особенно при наличии нового договора, который, надеюсь, не за горами, такого рода сотрудничество будет укрепляться.

ВОПРОС: В связи с тем, что господин Медведев заметил о важности инвестиционного сотрудничества, фрау Меркель, можно ли такой вопрос Вам задать: известно, что Европе, в частности в Германии, предполагается разделение, кажется, четырех крупных энергетических компаний на генерирующую, производящую и распределительную часть. С этой точки зрения, поскольку такой российский энергетический концерн, как «Газпром», является одним из главных инвесторов Европы – и, в частности, в распределительные сети, – не скажется ли это на уровне российских инвестиций, в том числе в эти распределительные сети, которые станут государственными и таким образом будут закрыты для российских инвестиций?..

Речь идёт о том, что в Германии могут быть закрыты возможности инвестиций «Газпрома», поскольку это может, как говорят, влиять на государственную политику Германии со стороны России. Так ли это? Спасибо.

А.МЕРКЕЛЬ (как переведено): Нет-нет. На данный момент ситуация, в которой мы ведём переговоры, внутри Европейского союза, – такая ситуация, в которой Европейская комиссия внесла предложение о так называемом анбандлинге – то есть разделении [активов, от англ. unbundling], учитывая права владельцев. В Европейском союзе, в Голландии, Великобритании такой анбандлинг совершенно нормален. В других странах, например в Германии, ситуация другая.

Лично я придерживаюсь того мнения, что конкуренция в соответствии с положениями внутреннего европейского рынка может происходить как при анбандлинге, как в Великобритании, так и в более сильном сплетении между предприятиями. Но это всё должно быть прозрачно.

Поэтому мы здесь и находимся в состоянии переговоров с Комиссией, и германская позиция совсем другая. Есть ряд стран, разделяющих нашу позицию, например Франция, другие страны. Это значит, что мы здесь несколько нарушаем традицию других стран и что представления Европейской комиссии с нашими представлениями не идентичны.

Это ничего не имеет общего с тем, кто и куда может инвестировать. Германская позиция в отношении того, где можно кооперировать с Россией, где нельзя, – это в принципе не имеет отношения к тому, кому принадлежат распределительные сети. Это совсем другое качество дискуссии.

Германское государство не сможет разрешить или запретить такие инвестиции. Это всё экономические решения, как, например, BASF принял решение через Wintershall разрешить владение нефтяными установками. Это два вопроса, которые нужно рассматривать отдельно.

Д.МЕДВЕДЕВ: Если можно, я два слова дополню на эту тему. На мой взгляд, всякие экономические директивы, в том числе и директивы, которые принимает правительство, должны отвечать как минимум одному критерию. Они должны быть разумными, они не должны приводить к ухудшению инвестиционной ситуации, и, может быть, самое главное – они не должны приводить к тому, что падает уровень жизни, то есть когда исполнение директив бьёт по карману рядового гражданина.

В этом случае [соответствия критериям] директивы, направленные на развитие конкуренции, являются полезными и способствуют продвижению серьёзных экономических проектов. Если же эти директивы не попадают в этот створ, то, конечно, тогда можно ожидать от них самых разных последствий.

ВОПРОС: Насколько тема о правах человека сегодня играла роль в ваших переговорах? Дело Ходорковского, его возможное помилование или освобождение... Вопрос к Вам, госпожа Федеральный канцлер. Какие сигналы Вы видите того, что теперешний Президент России будет несколько больше заниматься этими вопросами, чем его предшественник? Вопрос к Вам, господин Президент. Какие ещё «дефициты» Вы видите в этой сфере в России?

А.МЕРКЕЛЬ (как переведено): Мы обменялись мнениями по всем этим вопросам, вопросам закона о СМИ, доступа к современным средствам массовой информации. Я ещё раз обратила внимание на важность того, что те, у кого нет доступа к Интернету, должны иметь возможность получать информацию о ситуации в мире. Мы также разговаривали о деле Ходорковского. Господин Президент (мне кажется, он сейчас сам ещё раз об этом расскажет) указал на пути правовой безопасности. Здесь также может быть динамичное развитие. Я ещё раз об этом сказала.

Но политическое влияние на это – это другая вещь, о которой, думаю, господин Президент сам скажет пару слов и осветит свою позицию. В общем, мы считаем, что, конечно, во многих моментах нам в России хотелось бы увидеть развитие, большую открытость, а также большую активность. Мы будем продолжать оставаться в диалоге. Господин Президент совсем недавно на своем посту. И ещё совершенно нельзя оценить того, что изменилось, что меняется, что происходит.

Но мы также говорили о законе об инвестициях в стратегические отрасли промышленности. Я приветствую то, что господин Президент обратил внимание на верховенство закона, на надёжность, на предсказуемость. Всё это имеет огромное значение. Он также говорил о правовой системе, о том, что люди должны иметь возможность верить в правовую систему страны. И если в этом отношении будут позитивные сдвиги в России, мы будем очень приветствовать это.

Д.МЕДВЕДЕВ: Я начну с того, что считаю развитие правовой системы, судебной системы одним из ключевых приоритетов развития нашей страны, и намерен работать в этом направлении. Имею в виду и то, что наша правовая система находится в состоянии развития, она совершенствуется, и так будет происходить ещё длительное время – до тех пор, пока мы сами определим, что она соответствует нашим представлениям об оптимальной правовой и судебной системе для такого государства, как Россия.

В этой связи я хотел бы сказать, что все процедуры, в том числе и уголовно-исполнительные процедуры, которые существуют в нашей стране, должны покоиться на российском законодательстве – и вопросы исполнения наказания, и вопросы помилования не должны быть предметом межгосударственных переговоров. В этом проявление суверенитета любого государства.

Что же касается самих процедур, то они действительно существуют и должны проходить в строгом соответствии с нашими правилами. И процедура помилования, к которой может прибегнуть любой гражданин, осуждённый за то или иное преступление (в том числе и Ходорковский), и другие процедуры, которые существуют в нашем уголовно-исполнительном законодательстве. Но это не может быть решением, которое обсуждается на межгосударственном уровне или решением, которое принимается политиками.

В нашей истории были эпизоды, когда такого рода решения принимались Политбюро ЦК КПСС и другими структурами, которые носили надгосударственный характер. Нынешняя жизнь отличается от прежней именно тем, что такого рода процедуры должны проходить в государственных рамках, и за их осуществление отвечает судебная инстанция, и в некоторых случаях – глава государства. При наличии этих условий можно рассматривать любые обращения любого человека.

Что касается самой темы прав человека и совершенствования судебной, правовой системы, то, конечно, это очень важное направление, я об этом уже сказал. Мы и раньше этим занимались, будем заниматься этим и впредь. Не так давно мной было подписано несколько указов об образовании ряда рабочих групп, которые будут заниматься совершенствованием законодательства о судебной системе, будут заниматься совершенствованием законодательства о противодействии коррупции. Это важные для сегодняшней жизни в России темы. И по этим вопросам будут подготовлены довольно серьёзные предложения. Надеюсь, что мы сможем завершить эту работу в ближайшие месяцы.

Но это не значит, что такого рода проблемы, как создание современной судебной системы, создание современной партийной системы, развитие основ парламентаризма, решаются при помощи указов Президента. Это длительный процесс, на который в любом государстве уходят годы. В этом смысле мы уже проделали довольно серьёзную работу за последние годы, за годы существования России как независимого государства. Особенно активно эта работа велась в последние восемь лет. Мы не намерены останавливаться на достигнутом, и с учётом того, что это действительно государственные приоритеты, я буду заниматься ими лично.

А.МЕРКЕЛЬ: Большое спасибо.
25 июня 2008 13:39

Другие ответы
1
Я не нашла ни одного подтверждения данным слухам. Боюсь, это просто байка попугать народ.
24 июня 2008 23:21
2
Это только слухи, чтобы привлечать побольше новобранцев. В России не будут увеличены сроки воинской службы по призыву. Об этом сообщил президент России Медведев на встрече с личным составом большого противолодочного корабля "Маршал Шапошников. ... Еще
25 июня 2008 10:15
3
прочтите - http://www.prizyv.net/pressaboutus/noviuregion2/ - логика есть. Если призывников мало, а современной техники много - один путь - контрактная армия. Ну не знаю - в стране всегда мало денег, хотя нефть нереально растет. Думаю надо еще будет ... Еще
03 июля 2008 09:11