Жизнь, как она есть

Наша жизнь похожа на плохие часы. К такому выводу я пришел, наблюдая работу настенных, безалаберно когда-то созданных и в процессе эксплуатации безнадежно загубленных, часов. Даже после проведенного предварительного ремонта, судя по звуку ими издаваемому, они хромали и требовали чистки, смазки, любви, ласки и еще Бог весть чего, продолжая, несмотря на лихорадочное мотыляние маятника, безнадежно отставать.
Вот так и мы суетимся, мечемся и никуда не успеваем. Заводим детей, сами еще так и не расставшись с затянувшимся периодом взросления, и гордо несем по жизни развернутые транспаранты собственного инфантилизма без какой-либо надежды на обретение минимальных начатков мудрости хотя бы к старости. Мудрость, как известно, приходит к людям примерно в одно время с маразмом - печальная закономерность, но гораздо печальнее, если маразм приходит к вам в гордом одиночестве, разминувшись с мудростью где-то по дороге.
Осознавая возможность столь не лестной перспективы, и окончательно убедившись в том, что себя вам никак уже не переделать, а то, что есть, вас мало устраивает, вы возлагаете все свои надежны на следующее поколение - уж они-то добьются, они достигнут и не упустят. Очень согревающая душу мысль, дающая надежду на реализацию своих амбиций хотя бы через своих потомков. Это ведь потом только выяснится - наплевать им на ваши непомерные амбиции, им бы, дай Бог, со своими разобраться. Тем не менее, это единственная ниточка связывающая, нас теперешних с грядущим будущем, в котором нас уже не будет, где мы можем присутствовать лишь виртуально - в чьих-либо воспоминаниях, в том, что мы заложили в наших посланниках в будущее - в наших детях. Правда хлопот с подобным "самообучающимся посланием" предстоит немало.
Дети цветы жизни - кто бы спорил. Я с порога отметаю всякие спекулятивные ерничанья на тему чужих подоконников, на которых должны эти цветы распускаться. И все же, и все же... Тот неизбывный кошмар, куда погружается счастливый семейный корабль после прибавления в семействе, достоин пера Данте Алигьери, живописующего муки адовы. Возможно при наличии под рукой заботливых бабушек-дедушек, готовых в любой момент подменить на "боевом посту" валящихся с ног счастливых родителей, все протекает менее болезненно, но при отсутствии такой поддержки в первый год, проходящий под развернутыми боевыми знаменами пеленок распашонок, жизнь кажется каторгой.
Потом наступает период некоторого затишья, лишь изредка прерываемого мелкими неприятностями. Но с взрослением и приобретением все большей самостоятельности в своих поступках, детишки снова обретают свое, было утраченное, право на круглосуточное отравление жизни своим родителям. В какой-то момент, осознав, что любовь не только вздохи под луною, но и под крышей тоже, ваше чадо приводит в ваш дом (вашу крепость) свою свежеобретенную половину. И, наблюдая за вселением вашего личного троянского коня, вы сквозь слезы радости видите, как радуга надежд на спокойную жизнь, яростно сверкая многоцветьем осколков, грудой пестрого мусора рушится на землю, оставляя в небе долгий дымный след.

Пишет
Владимир Владимирович
Владимир Владимирович