Что в имени тебе моём!

Дети школьного возраста с их непосредственностью идут путём ономастики, сами того не толком не понимая, когда приклеивают друг другу прозвища. Но не обидные дразнилки по форме ушей или после неких эпизодов внеклассной жизни, а переделывая или сокращая фамилии, переданные нам по наследству. Достаётся тогда тем, чьи предки при большом барине были умелым загонщиком опасных кабанов с их мощью и острыми загнутыми клыками или обычными городскими мастеровыми, что лучше других приноровились чинить конскую сбрую.
А если без дразнилок, если по-взрослому? Ивановы дети и правнуки стали фамилией, на которой вся Россия держится. Ну а в Первопрестольной столице - Москве - какого роду да племени народ не селился. Не всякий Юсупов может гордиться родством с татарскими мурзами, славным княжеским родом, заслужившим почтение своей верностью престолу и недюжинной отвагой. Юсуповыми детьми были и обычные извозчики, и коммунальщики прошлых столетий в фартуке с метлой.
Но если есть спрос на родословные, то тотчас же будет и предложение. И "специалисты" найдут родство имеющего деньги человека с самим Рюриком. В Интернете с бесплатной доставкой в пределах МКАД предлагают изготовить подарочный диплом на подставке, где за три тысячи рублей, профессиональные филологи и историки «на основе многочисленных словарей русских народных говоров, архивных и летописных документов» вам поведают не только о крошечной, но малой гордой родине, где-нибудь между дремучими лесами и неприступными монастырскими стенами, но и добавят романтики, разбавив всё это сведениями об «однофамильцах, что первыми были упомянуты в летописях». И чем не повод потом новому москвичу приврать, основываясь на документ, что его пращур заседал в Боярской Думе.
А какие фамилии не случайно, но истинно московские? Знаем мы происхождение названий районов, где живём? Кунцево, Медведково, Преображенка, Стромынка, Самотёка. В суете городской мы почти не обращаем внимания на хрупкую ускользающую старину этих названий, что была сохранена восстановлением старых названий на памятных досках в начале улиц, но стала стираться забвением иным, человеческим. Коренной москвич в наше время уже редкость, на это звание претендуют сейчас даже те, чья родня тут обосновалась в середине прошлого века, приехав в столицу строить скучные кварталы панельного жилья.
Ну а если возникает желание, престижа ради, и для пущего блеска в глазах бизнес-окружения, придумать себе родословную? Такие-то «столичные туземцы» начинают не с того, чтобы стать москвичом не по прописке, а по духу. С того, чтобы узнать, например, что-то же Медведково, где у них квартира в пол-этажа дома, было вотчиной предка героя земли русской князя Дмитрия Ивановича Пожарского. Чей предок Василий по прозвищу Медведь, жил тут в первой половине 16 века. Родовое имение одновременно было и излюбленным местом царской охоты. Праправнук Медведя, князь Дмитрий, поставил здесь свой боярский двор, две мельницы на речках Яуза и Чермянка, а потом и церковь Покрова Божьей Матери в честь освобождения Родины от поляков. Церковь дожила до наших дней, и представляет собой один из интереснейших образцов средневековой русской архитектуры...
Но это так, к слову. Для тех, кто хочет заставить нынешнюю столицу служить себе, но не более, знание не нужно. Они увидят особого смысла в том, чтобы выяснить судьбу своих предков, начав эту трудную, но полезную для себя науку с опроса старших родственников, не отправятся в местный архив или краеведческую библиотеку. Ведь только там, если повезёт, среди пыльных газетных подшивок и карточек актов гражданского состояния можно обнаружить следы какого-нибудь именитого прадедушки. Зато все трофеи поиска будут подлинными. Их мы будем перелистывать дрожащими от волнения руками, чувствуя, что прикосновение к тайнам прошлого - только наша заслуга, а не «профессионального архивиста», нанятого за определённую сумму.
Пишет
Геннадий
Геннадий